Кристина Россетти: как звучит викторианская поэзия о доверии и свободе выбора
Кристина Россетти: как звучит викторианская поэзия о доверии и свободе выбора
Сегодня мы знакомим вас с Кристиной Россетти — поэтессой викторианской Англии из удивительной семьи, настоящей литературной династии. Дядя Кристины, Джон Полидори, считается одним из отцов вампирской прозы (а ещё это именно по его предложению Мэри Шелли сделала первый набросок «Франкенштейна). Отец Кристины, Габриэле, был поэтом, его дети — Мария Франческа Россетти, Данте Габриэль, Уильям Майкл Россетти и Кристина — стали писателями, поэтами, переводчиками. Семья принимала дома самых знаменитых литераторов своего времени и даже выпускала собственную домашнюю газету.
Сама Кристина прославилась поэмой «Базар гоблинов» — тёмной, волшебной, немного тревожной. Есть мнение, что именно она подсказала Льюису Кэрроллу некоторые образы для «Алисы». Но Россетти — это не только сказочные гоблины; её стихи говорят о личном и сложном: о доверии, выборе, внутренней силе. Сегодня предлагаем прочитать одно из таких — «If I could trust my own self with your fate» («Если б я могла тебе довериться») в переводе Якова Фельдмана.
Если б я могла тебе довериться
Если б я могла тебе довериться,
Я бы лучше доверяла Господу.
Без него корова не отелится,
И кобыла не наестся досыта.
Это он в заливе воду взвешивает
И песок на пляже пересчитывает,
Наши планы палкой перемешивает,
Замыслы сквозь черепа прочитывает.
Всю твою беспомощность описывая,
Все твои сомнения и тонкости,
Доверяю я тебя Всевышнему,
Чтобы он тебе наполнил ёмкости.
If I could trust my own self with your fate
If I could trust mine own self with your fate,
Shall I not rather trust it in God's hand?
Without Whose Will one lily doth not stand,
Nor sparrow fall at his appointed date;
Who numbereth the innumerable sand,
Who weighs the wind and water with a weight,
To Whom the world is neither small nor great,
Whose knowledge foreknew every plan we plann'd.
Searching my heart for all that touches you,
I find there only love and love's goodwill
Helpless to help and impotent to do,
Of understanding dull, of sight most dim;
And therefore I commend you back to Him
Whose love your love's capacity can fill.
Сегодня мы знакомим вас с Кристиной Россетти — поэтессой викторианской Англии из удивительной семьи, настоящей литературной династии. Дядя Кристины, Джон Полидори, считается одним из отцов вампирской прозы (а ещё это именно по его предложению Мэри Шелли сделала первый набросок «Франкенштейна). Отец Кристины, Габриэле, был поэтом, его дети — Мария Франческа Россетти, Данте Габриэль, Уильям Майкл Россетти и Кристина — стали писателями, поэтами, переводчиками. Семья принимала дома самых знаменитых литераторов своего времени и даже выпускала собственную домашнюю газету.
Сама Кристина прославилась поэмой «Базар гоблинов» — тёмной, волшебной, немного тревожной. Есть мнение, что именно она подсказала Льюису Кэрроллу некоторые образы для «Алисы». Но Россетти — это не только сказочные гоблины; её стихи говорят о личном и сложном: о доверии, выборе, внутренней силе. Сегодня предлагаем прочитать одно из таких — «If I could trust my own self with your fate» («Если б я могла тебе довериться») в переводе Якова Фельдмана.
Если б я могла тебе довериться
Если б я могла тебе довериться,
Я бы лучше доверяла Господу.
Без него корова не отелится,
И кобыла не наестся досыта.
Это он в заливе воду взвешивает
И песок на пляже пересчитывает,
Наши планы палкой перемешивает,
Замыслы сквозь черепа прочитывает.
Всю твою беспомощность описывая,
Все твои сомнения и тонкости,
Доверяю я тебя Всевышнему,
Чтобы он тебе наполнил ёмкости.
If I could trust my own self with your fate
If I could trust mine own self with your fate,
Shall I not rather trust it in God's hand?
Without Whose Will one lily doth not stand,
Nor sparrow fall at his appointed date;
Who numbereth the innumerable sand,
Who weighs the wind and water with a weight,
To Whom the world is neither small nor great,
Whose knowledge foreknew every plan we plann'd.
Searching my heart for all that touches you,
I find there only love and love's goodwill
Helpless to help and impotent to do,
Of understanding dull, of sight most dim;
And therefore I commend you back to Him
Whose love your love's capacity can fill.