С чего начать читать Виктора Гюго
Виктор Гюго — фигура такого масштаба, что во Франции его хоронили как национального героя: за гробом шло больше миллиона человек. Поэт, драматург, романист, политик, изгнанник — он прожил восемьдесят три года и успел стать совестью и голосом целой эпохи. Для нас же он прежде всего автор двух великих романов.
Начинать, конечно, с «Отверженных». Это огромная книга, но не пугайтесь объёма: история беглого каторжника Жана Вальжана, который всю жизнь бежит от прошлого и пытается стать праведником, держит как лучший сериал. Инспектор Жавер, малышка Козетта, баррикады восставшего Парижа — Гюго соединил авантюрный сюжет с состраданием к самым обездоленным.
Вторая обязательная вещь — «Собор Парижской Богоматери». Горбун Квазимодо, красавица Эсмеральда, одержимый священник Фролло — и над всеми ними сам собор, главный герой романа. Именно эта книга в своё время спасла готический Нотр-Дам от сноса: Гюго заставил французов заново влюбиться в собственную старину.
Гюго при жизни упрекали в мелодраме и преувеличениях — слишком яркие злодеи, слишком благородные герои, слишком много совпадений. Но именно он отшлифовал формулу, по которой до сих пор работает массовая культура: большие чувства, моральная ясность и герой, поднимающийся со дна. Голливуд и сериалы — его прямые наследники.
Если захочется чего-то менее известного, но мощного — есть «Человек, который смеётся» с изуродованным героем-философом и «Девяносто третий год», его последний роман о Французской революции, где Гюго пытается понять, можно ли оставаться милосердным во время террора. Это, может быть, самая взрослая и горькая его книга.
Гюго не признавал полутонов. Он писал о народе, о справедливости, о Боге и революции с громкостью органа — и эта искренняя, страстная интонация подкупает даже сегодня, когда ирония стала модной. У него есть редкое качество: он по-настоящему верит, что литература способна сделать человека лучше.
Читать его удобнее большими собраниями сочинений — там, кроме романов, и стихи, и пьесы вроде «Эрнани», с премьеры которой когда-то началась знаменитая битва романтиков с классицистами прямо в зрительном зале.
Гюго требует от читателя размаха души под стать его собственному. Но тот, кто примет его правила игры, получит то, чего почти не осталось в современной прозе, — искреннюю веру в человека и в большие идеи.
Начните с великого француза — наша подборка «Виктор Гюго: страсть французского романтизма» ведёт и к собраниям сочинений, и к отдельному изданию «Девяносто третьего года».
Читайте также наш путеводитель «Зарубежная классика: с чего начать».
Начинать, конечно, с «Отверженных». Это огромная книга, но не пугайтесь объёма: история беглого каторжника Жана Вальжана, который всю жизнь бежит от прошлого и пытается стать праведником, держит как лучший сериал. Инспектор Жавер, малышка Козетта, баррикады восставшего Парижа — Гюго соединил авантюрный сюжет с состраданием к самым обездоленным.
Вторая обязательная вещь — «Собор Парижской Богоматери». Горбун Квазимодо, красавица Эсмеральда, одержимый священник Фролло — и над всеми ними сам собор, главный герой романа. Именно эта книга в своё время спасла готический Нотр-Дам от сноса: Гюго заставил французов заново влюбиться в собственную старину.
Гюго при жизни упрекали в мелодраме и преувеличениях — слишком яркие злодеи, слишком благородные герои, слишком много совпадений. Но именно он отшлифовал формулу, по которой до сих пор работает массовая культура: большие чувства, моральная ясность и герой, поднимающийся со дна. Голливуд и сериалы — его прямые наследники.
Если захочется чего-то менее известного, но мощного — есть «Человек, который смеётся» с изуродованным героем-философом и «Девяносто третий год», его последний роман о Французской революции, где Гюго пытается понять, можно ли оставаться милосердным во время террора. Это, может быть, самая взрослая и горькая его книга.
Гюго не признавал полутонов. Он писал о народе, о справедливости, о Боге и революции с громкостью органа — и эта искренняя, страстная интонация подкупает даже сегодня, когда ирония стала модной. У него есть редкое качество: он по-настоящему верит, что литература способна сделать человека лучше.
Читать его удобнее большими собраниями сочинений — там, кроме романов, и стихи, и пьесы вроде «Эрнани», с премьеры которой когда-то началась знаменитая битва романтиков с классицистами прямо в зрительном зале.
Гюго требует от читателя размаха души под стать его собственному. Но тот, кто примет его правила игры, получит то, чего почти не осталось в современной прозе, — искреннюю веру в человека и в большие идеи.
Начните с великого француза — наша подборка «Виктор Гюго: страсть французского романтизма» ведёт и к собраниям сочинений, и к отдельному изданию «Девяносто третьего года».
Читайте также наш путеводитель «Зарубежная классика: с чего начать».
